СОЗНА́НИЕ

СОЗНА́НИЕ, од­но из цен­траль­ных об­ще­на­уч­ных и фи­ло­соф­ских по­ня­тий, об­ладаю­щее ши­ро­ким спек­тром зна­че­ний («Про­тей фи­ло­со­фии», по Э. Кас­си­ре­ру): 1) со­стоя­ние «бодр­ст­во­ва­ния», в от­ли­чие от бес­соз­на­тель­ных со­стоя­ний – глу­бо­ко­го сна, об­мо­ро­ка и т. п. (ср., напр., та­кие вы­ра­же­ния в обы­ден­ном сло­во­упот­реб­ле­нии, как «по­те­рять со­зна­ние» или «прий­ти в соз­на­ние»); 2) со­стоя­ние «вме­няе­мо­сти», пред­по­ла­гаю­щее воз­мож­ность от­чё­та о сво­их пе­ре­жи­ва­ни­ях и по­ступ­ках (с этим свя­зан нравств. ас­пект С., фик­си­ро­ван­ный в по­ня­ти­ях от­вет­ст­вен­но­сти, со­вес­ти и др.); 3) со­во­куп­ность фе­но­ме­нов субъ­ек­тив­но­го опы­та, вклю­чаю­щих в се­бя эле­мент реф­лек­сии, – то же, что са­мо­со­зна­ние; 4) сис­те­ма оп­ре­де­лён­ных ус­та­но­вок и пред­став­ле­ний о ми­ре (С. «ис­то­ри­че­ское», «клас­со­вое», «нрав­ст­вен­ное» и т. д.). В ка­че­ст­ве субъ­ек­тив­но­го пе­ре­жи­ва­ния С. вклю­ча­ет как чув­ст­вен­ные, так и смы­сло­вые ком­по­нен­ты (см. Во­об­ра­же­ние, Вос­при­ятие, Мыш­ле­ние).

Из-за мно­го­знач­но­сти это­го по­ня­тия оно обо­зна­ча­ет­ся в совр. язы­ках не все­гда сов­па­даю­щи­ми по зна­че­нию тер­ми­на­ми, од­ни из ко­то­рых вы­де­ля­ют со­стоя­ние со­вме­ст­но­го зна­ния (рус. «соз­на­ние», лат. conscientia), дру­гие – лич­ной ос­ве­дом­лён­но­сти (нем. Bewusstsein), тре­тьи – бди­тель­но­го бодр­ст­во­ва­ния (англ. awareness). Мно­гие из этих тер­ми­нов поя­ви­лись срав­ни­тель­но не­дав­но. До 18 в. наи­бо­лее близ­ким по зна­чению сло­вом рус. язы­ка бы­ло сло­во «со­весть». Это сло­во со­хра­ни­лось в зна­че­нии С. в сер­б­скохор­ват­ском язы­ке и в рус. при­ла­га­тель­ном «соз­на­тель­ный», имею­щем смы­сло­вой от­те­нок «доб­ро­со­ве­стный». Как и лат. conscientia, совр. франц. con­science упот­реб­ля­ет­ся в обо­их зна­че­ни­ях – нравств. на­ча­ло, со­весть, и ког­ни­тив­ная спо­соб­ность к реф­лек­сии.

Сознание и данные самонаблюдения

Как кон­сти­туи­рую­щий факт внутр. жиз­ни, С. по­тен­ци­аль­но от­кры­то для са­мона­блю­де­ния, ко­то­рое по­зво­ля­ет вы­де­лить в нём неск. ха­рак­тер­ных фе­но­ме­нов: 1) мно­же­ст­во спе­ци­фич. сен­сор­ных ка­честв, или «ква­лиа» (лат. qualia – свой­ст­ва), со­став­ляю­щих «чув­ст­вен­ную ткань» об­раза (А. Н. Ле­он­ть­ев); 2) разл. сте­пень яс­но­сти со­дер­жа­ний С., од­ни из ко­то­рых на­хо­дят­ся как бы в «фо­ку­се» С., то­гда как дру­гие об­ра­зуют его раз­мы­тую пе­ри­фе­рию (в слу­чае эмо­цио­наль­ных пе­ре­жи­ва­ний та­кой пе­ри­фе­ри­ей, или фо­ном, яв­ля­ет­ся на­строе­ние че­ло­ве­ка); 3) чув­ст­во сво­бо­ды вы­бо­ра и воз­мож­но­сти про­из­воль­но оп­ре­де­лять ха­рак­тер хо­тя бы про­стей­ших из со­вер­шае­мых дей­ст­вий (см. Сво­бо­да во­ли).

По­след­няя груп­па фе­но­ме­нов ука­зы­ва­ет на при­сут­ст­вие в эпи­зо­дах осоз­на­ния Я че­ло­ве­ка, иг­раю­ще­го роль на­блю­да­те­ля, ар­бит­ра и ини­циа­то­ра при­ни­мае­мых ре­ше­ний (см. Лич­ность). Не слу­чай­но вы­ра­же­ния «прий­ти в соз­на­ние» и «прий­ти в се­бя» яв­ля­ют­ся поч­ти си­но­ни­мич­ны­ми. Внут­рен­ний «те­атр для се­бя» (Н. Н. Ев­реи­нов) час­то вклю­ча­ет не­сколь­ких дей­ст­вую­щих лиц, что ха­рак­те­ри­зу­ет диа­ло­гич­ность С.: мы за­меча­ем, что ве­дём с со­бой или с кем-то дру­гим внутр. диа­лог, смот­рим на се­бя со сто­ро­ны гла­за­ми ок­ру­жаю­щих, оце­ни­ва­ем дру­гих в за­ви­си­мо­сти от то­го, как они оце­ни­ва­ют нас, пы­та­ем­ся пред­ста­вить, как бы мы по­сту­пи­ли на мес­те дру­го­го ли­бо как др. че­ло­век по­вёл бы се­бя в на­шей си­туа­ции.

Сознание в истории философии

В ан­тич­но­сти по­ня­тие С., фик­си­руе­мое лат. тер­ми­ном conscientia, встре­ча­ет­ся в фи­лос.-юри­дич. тек­стах Се­не­ки и Ци­це­рона. Двой­ное зна­че­ние это­го тер­ми­на со­хра­ня­ет­ся и в сред­ние ве­ка, напр., у Фо­мы Ак­вин­ско­го. Р. Де­карт впер­вые ото­жде­ст­в­ля­ет С. с мыш­ле­ни­ем и от­де­ля­ет его от по­ня­тия со­вес­ти. Опи­ра­ясь на от­ме­чен­ную Ав­гу­сти­ном са­мо­оче­вид­ность собств. зна­ния («Я знаю, что я знаю», лат. scio me scire), он про­ти­вопос­тав­ля­ет не­по­средств. дан­ность фе­номе­нов С. («мыс­ля­щей суб­стан­ции») опо­сре­до­ван­но­му из­ме­ре­ния­ми зна­нию о фи­зич. ми­ре («про­тя­жён­ной суб­стан­ции»). Воз­ник­шая в си­лу это­го раз­де­ле­ния про­бле­ма взаи­мо­дей­ст­вия С. и те­ла ста­ла од­ной из цен­траль­ных в раз­ви­тии ев­роп. фи­ло­со­фии, а за­тем и ког­ни­тив­ных ис­сле­до­ва­ний (см. Пси­хо­фи­зи­че­ская про­бле­ма, Ког­ни­тив­ная нау­ка). Де­карт до­пус­кал воз­мож­ность та­ко­го взаи­мо­дей­ст­вия в не­ко­то­рой об­лас­ти го­лов­но­го моз­га («ги­по­те­за кар­те­зи­ан­ско­го те­ат­ра»).

У Дж. Лок­ка фи­зи­че­ское и пси­хи­че­ское вы­сту­па­ют не как две са­мо­сто­ят. суб­стан­ции, а как две фор­мы соз­на­тельно­го опы­та – внеш­няя (ощу­ще­ния) и внут­рен­няя (реф­лек­сия). Со­глас­но Б. Спи­но­зе, всё в ми­ре яв­ля­ет­ся мо­ди­фи­ка­ция­ми еди­ной суб­стан­ции. Она име­ет ат­ри­бу­ты про­тя­жён­но­сти и мыш­ле­ния, ко­то­рые мо­гут на­хо­дить­ся в раз­ных со­стоя­ни­ях («мо­ду­сах»). Для мыш­ле­ния та­ки­ми мо­ду­са­ми яв­ля­ют­ся рас­су­док, ра­зум, во­ля, же­ла­ние и аф­фект. Ка­ж­дый из мо­ду­сов пред­став­лен и в сфе­ре пси­хи­че­ско­го, и в сфе­ре те­лес­но­го, что вы­хо­дит за рам­ки идей Де­кар­та о бес­те­лес­ной мыс­ли и ма­ши­но­по­доб­ных дви­же­ни­ях ор­га­низ­ма. На­блю­дая те­лес­ные про­яв­ле­ния аф­фек­тов и эмо­ций, на­ша ду­ша осоз­на­ёт своё су­ще­ст­во­ва­ние, в ре­зуль­та­те че­го по­яв­ля­ет­ся са­мо­соз­на­ние.

Со­глас­но Г. В. Лейб­ни­цу, мир со­сто­ит из мно­же­ст­ва суб­стан­ций-мо­над, в раз­ной сте­пе­ни спо­соб­ных к С. Мо­на­ды чело­ве­че­ско­го те­ла об­ра­зу­ют ие­рар­хию. В верх­ней её час­ти рас­по­ло­же­ны мо­на­ды, спо­соб­ные к вос­при­ятию се­бя и Все­лен­ной. Од­на из них спо­соб­на к осо­бен­но яс­но­му вос­при­ятию (ап­пер­цеп­ции) и са­мо­на­блю­де­нию (ин­трос­пек­ции), ре­пре­зен­ти­руя то, что мож­но бы­ло бы на­звать «ду­шой че­ло­ве­ка». Ко­гда ру­ка дви­жет­ся, вы­пол­няя во­ле­вое дей­ст­вие, то цель дви­же­ния со­от­вет­ст­ву­ет це­лям этой мо­на­ды, а не ло­каль­ным це­лям и ог­ра­ни­чен­но­му по­лю зре­ния («ма­лым пер­цеп­ци­ям») лю­бой из др. мо­над, со­став­ляю­щих те­ло. В этом смыс­ле до­пус­ти­мо го­во­рить о про­из­воль­но­сти дви­же­ний те­ла и да­же о сво­бо­де во­ли. «Бес­соз­на­тель­ные мо­на­ды» в кон­цеп­ции Лейб­ни­ца ог­ра­ни­чи­ва­ют воз­мож­но­сти са­мо­на­блю­де­ния.

Для И. Кан­та про­бле­ма­тич­ность са­мо­на­блю­де­ния со­сто­ит в том, что его ре­зуль­та­ты яв­ля­ют­ся амаль­га­мой вкла­дов чув­ст­вен­но­го опы­та и до­опыт­ных (ап­ри­ор­ных) ка­те­го­рий рас­суд­ка. С. осу­ще­ст­в­ля­ет син­тез со­дер­жа­ния чув­ст­вен­ных со­зер­ца­ний и име­ет сво­ей пред­по­сыл­кой ап­ри­ор­ное са­мо­соз­на­ние: «Я мыс­лю». Та­кое са­мо­соз­на­ние, со­глас­но Кан­ту, «да­ле­ко ещё не есть по­зна­ние са­мо­го се­бя» в ка­че­ст­ве мыс­ли­мо­го объ­ек­та, ка­ко­вой, что­бы быть по­знан­ным, дол­жен быть дан в «эм­пи­ри­че­ском со­зер­ца­нии». Для тео­ре­тич. ра­зу­ма че­ло­ве­ка С. и Я – это «транс­цен­ден­таль­ные» сущ­но­сти, их по­ни­ма­ние все­гда бу­дет иметь ги­по­те­тич. ха­рак­тер. Прак­тич. ра­зум, на­про­тив, име­ет де­ло с во­про­са­ми мо­ра­ли, да­вая на них впол­не оп­ре­де­лён­ные от­ве­ты. По­сколь­ку нравств. по­ступ­ки не мо­гут быть на­вя­за­ны из­вне или пре­сле­до­вать ути­ли­тар­ные це­ли, сво­бо­да во­ли и дос­то­ин­ст­во лич­но­сти – гл. ус­ло­вия осоз­нан­но­сти и ра­зум­но­сти по­ве­де­ния че­ло­ве­ка.

В ра­бо­тах И. Г. Фих­те дея­тель­ность по­лу­чи­ла ста­тус ре­аль­но­сти, пер­вич­ной по от­но­ше­нию к кар­те­зи­ан­ским суб­стан­ци­ям С. и ма­те­рии. В от­ли­чие от Кан­та, Фих­те счи­тал са­мо­соз­на­ние не чем-то дан­ным до опы­та, но впер­вые ро­ж­даю­щим­ся в хо­де сво­бод­но­го раз­вёр­ты­ва­ния дея­тель­но­сти («са­мо­по­ла­га­ния») субъ­ек­та. По­доб­ный под­ход по­лу­чил раз­ви­тие у Г. В. Ф. Ге­ге­ля и К. Мар­кса. Так, «Фе­но­ме­но­ло­гия ду­ха» Ге­ге­ля, за­ду­ман­ная как «нау­ка об опы­те соз­на­ния», пред­став­ля­ет со­бой кар­ти­ну раз­ви­тия дея­тель­но­сти и од­но­вре­мен­но вос­хо­ж­де­ния С. в по­сле­до­ва­тель­ной сме­не форм – от «чув­ст­вен­ной дос­то­вер­но­сти» до «аб­со­лют­но­го зна­ния». Со­ци­аль­ный кон­текст рас­смот­ре­ния дея­тель­но­сти оп­ре­де­ля­ет со­дер­жа­ние по­ня­тия «об­ще­ст­вен­ное со­зна­ние» в ра­бо­тах Мар­кса.

В рам­ках об­щей ари­сто­те­лев­ско-то­мист­ской тра­ди­ции Ф. Брен­та­но опи­сал фе­но­ме­ны С. как ин­тен­цио­наль­но на­прав­лен­ные на пред­ме­ты пси­хич. ак­ты, или дей­ст­вия. По­ня­тие ин­тен­цио­наль­но­сти – на­прав­лен­но­сти С. на пред­мет – бы­ло вос­при­ня­то фе­но­ме­но­ло­ги­ей Э. Гус­сер­ля с её ус­та­нов­кой на ис­сле­до­ва­ние ак­тов С. и их смы­сло­вых со­дер­жа­ний. Я вы­пол­ня­ет при этом функ­цию аб­ст­ракт­ной точ­ки от­счё­та, де­лаю­щей воз­мож­ной от­но­ше­ние к пред­ме­там, ко­то­рые по­ни­ма­лись как кон­ст­рук­ты «чис­то­го соз­на­ния», по­доб­ные по­ня­ти­ям ма­те­ма­ти­ки. Эк­зи­стен­циа­ли­сты, на­про­тив, под­чёр­ки­ва­ют зна­че­ние обы­ден­но­го С., вклю­чён­но­го в на­прав­лен­ную на ре­ше­ние жиз­нен­ных за­дач ак­тив­ность – «бы­тие-в-ми­ре» (см. Эк­зи­стен­циа­лизм). Связь С. с ка­те­го­ри­ей вре­ме­ни бы­ла ак­цен­ти­ро­ва­на У. Джейм­сом и А. Берг­со­ном. Пред­ло­жен­ные ими опи­са­ния С. как по­то­ка субъ­ек­тив­ных пе­ре­жи­ва­ний ли­бо как не­об­ра­ти­мой по­сле­до­ва­тель­но­сти жиз­нен­ных эпи­зо­дов ос­тав­ля­ли, од­на­ко, от­кры­тым во­прос о воз­мож­ной при­ро­де этих фе­но­ме­нов.

По ме­ре на­ко­п­ле­ния пси­хо­фи­зио­ло­гич. дан­ных на ру­бе­же 20 в. на­ме­ти­лось воз­вра­ще­ние к ис­ход­но­му кар­те­зи­ан­ско­му про­ти­во­пос­тав­ле­нию С. и про­тя­жён­ной ма­те­рии. Со­от­но­ше­ние пси­хи­че­ско­го и те­лес­но­го ста­ло центр. про­бле­мой мно­го­числ. дис­кус­сий в ана­ли­ти­че­ской фи­ло­со­фии и фи­ло­со­фии соз­на­ния 20 – нач. 21 вв. Разл. ва­ри­ан­ты ре­ше­ния этой про­бле­мы пред­став­ле­ны ши­ро­ким спек­тром кон­цеп­ций – от ин­те­рак­цио­низ­ма до тео­рий то­ж­де­ст­ва С. и не­ко­то­рых моз­го­вых про­цес­сов.

Проблема сознания в естествознании, психологии и медицине

В ес­теств. нау­ках С. име­ет ре­пу­та­цию од­ной из «ми­ро­вых за­га­док». Э. Г. Дю­буа-Рей­мон в док­ла­де «О гра­ни­цах ес­те­ст­во­зна­ния» (1873) от­нёс эту про­бле­му к ка­те­го­рии «Не зна­ем и не уз­на­ем» (лат. ignoramus et ig­no­rabimus). Мно­гие био­ло­ги и фи­зио­ло­ги ис­клю­ча­ли его из на­уч. кар­ти­ны ми­ра в ка­че­ст­ве эпи­фе­но­ме­на. В пси­хо­ло­гии С., а так­же все ког­ни­тив­ные функ­ции, кро­ме па­мя­ти и нау­че­ния, бы­ли на де­ся­ти­ле­тия ис­клю­че­ны из рас­смот­ре­ния би­хе­вио­риз­мом, то­гда как пси­хо­ана­лиз, со­хра­нив пред­став­ле­ние об осоз­наю­щем се­бя Я, свёл его роль к по­ис­ку ком­промис­са ме­ж­ду бес­соз­на­тель­ны­ми био­ло­гич. по­треб­но­стя­ми (Оно) и со­ци­аль­ны­ми за­пре­та­ми (сверх-Я). С. про­дол­жа­ет об­су­ж­дать­ся в ря­де со­вре­мен­ных фи­зич. (Д. Бом, США – Ве­ли­ко­бри­та­ния) и био­фи­зич. ги­по­тез (К. При­брам, США; Е. Н. Со­ко­лов, Дж. Эклс). Не­кото­рые из них свя­зы­ва­ют при­ро­ду С. с кван­то­вы­ми эф­фек­та­ми, воз­ни­каю­щи­ми в мо­ле­ку­ляр­ных струк­ту­рах ней­ро­нов го­лов­но­го моз­га.

Од­ним из ис­точ­ни­ков све­де­ний о С. ста­ло опи­са­ние и изу­че­ние раз­но­об­раз­ных ил­лю­зий. Пер­во­на­чаль­но эти ис­сле­до­ва­ния ог­ра­ни­чи­ва­лись осо­бен­но­стя­ми ощу­ще­ний и вос­при­ятия, но за­тем бы­ли рас­про­стра­не­ны ког­ни­тив­ной пси­хо­ло­ги­ей на па­мять и мыш­ле­ние. Во всех этих сфе­рах субъ­ек­тив­ная уве­рен­ность в сво­ём зна­нии и при­ни­мае­мых при пол­ном осоз­на­нии их зна­чи­мо­сти ре­ше­ний не га­ран­ти­ру­ет, что зна­ние со­от­вет­ст­ву­ет дей­ст­ви­тель­но­сти, а ре­ше­ния оп­ти­маль­ны (Д. Ка­не­ман). Ко­ли­че­ст­вен­ной оцен­кой рас­со­гла­со­ва­ния фи­зич. и осоз­на­вае­мых свойств пред­ме­тов за­ни­ма­ет­ся пси­хо­фи­зи­ка. С. под­вер­же­но здесь об­ще­му прин­ци­пу ра­бо­ты био­ло­гич. сис­тем – адап­та­ции к аб­со­лют­ным па­ра­мет­рам си­туа­ции и по­вы­шен­ной чув­ст­ви­тель­но­сти к из­ме­не­ни­ям.

Важ­ную ин­фор­ма­цию о ме­ха­низ­мах С. и их на­ру­ше­ни­ях со­дер­жат дан­ные нев­ро­ло­гии, пси­хи­ат­рии и ней­роп­си­хо­ло­гии. Наи­бо­лее важ­ны­ми бы­ли от­кры­тия пси­хич. ав­то­ма­тиз­мов (В. Х. Кан­дин­ский) и разл. форм иг­но­ри­ро­ва­ния па­ци­ен­та­ми де­фек­тов пси­хи­ки и по­ве­де­ния (ано­зог­но­зия, или син­дром Ан­то­на – Ба­бинско­го). К кон. 20 в. зна­чит. чис­ло ав­тома­тиз­мов бы­ло об­на­ру­же­но и при нор­маль­ном про­те­ка­нии пси­хич. жиз­ни че­ло­ве­ка. В от­ли­чие от ав­то­ма­тиз­мов, соз­нат. про­цес­сы ха­рак­те­ри­зу­ют­ся от­но­си­тель­но низ­кой ско­ро­стью, по­сле­до­ват. ор­га­ни­за­ци­ей и за­ви­си­мо­стью от ог­ра­ни­чен­ных в ка­ж­дый мо­мент вре­ме­ни ре­сур­сов вни­ма­ния.

В совр. пси­хо­ло­гии С. час­то иден­ти­фи­ци­ру­ет­ся с вни­ма­ни­ем и ра­бо­чей па­мя­тью, струк­ту­ра ко­то­рой вклю­ча­ет, од­на­ко, ряд слу­жеб­ных ме­ха­низ­мов, к С. за­ве­до­мо не от­но­ся­щих­ся. Не сов­па­да­ет С. и с вни­ма­ни­ем, т. к. по­след­нее лишь обес­пе­чи­ва­ет на­прав­лен­ность пси­хич. про­цес­сов на ре­ше­ние не­ко­то­рой за­да­чи. По­ня­тие «С.» ох­ва­ты­ва­ет бо­лее ши­ро­кий круг фе­но­ме­нов: мы мо­жем ин­трос­пек­тив­но на­блю­дать ти­пич­ный по­ток сме­няю­щих друг дру­га впе­чат­ле­ний и мыс­лей в со­стоя­нии по­коя, при от­сут­ст­вии к.-л. яв­ной за­да­чи. Со­глас­но А. Н. Ле­он­ть­е­ву, С. свя­за­но с уров­нем дей­ст­вия: на­ми осоз­на­ют­ся це­ли на­ших дей­ст­вий, то­гда как мо­ти­вы дея­тель­но­сти и ус­ло­вия ве­ду­щих к дос­ти­же­нию це­ли опе­ра­ций обыч­но ос­та­ют­ся вне сфе­ры осоз­на­вае­мо­го (дея­тель­но­сти тео­рия).

Зна­че­ние ре­че­вых ме­ха­низ­мов для фор­ми­ро­ва­ния выс­ших форм С. и про­из­воль­но­сти по­ве­де­ния бы­ло по­ка­за­но Л. С. Вы­гот­ским и А. Р. Лу­ри­ей на при­ме­ре ин­те­рио­ри­за­ции – пе­ре­хо­да ре­бён­ка от ис­поль­зо­ва­ния внеш­ней ре­чи к внут­рен­ней ре­чи. Для са­мо­на­блю­де­ния внут­рен­няя речь обыч­но вы­сту­па­ет как по­ве­ст­во­ва­ние от пер­во­го ли­ца, с по­сто­ян­но воз­ни­каю­щи­ми эле­мен­та­ми диа­ло­га. Ещё од­ним ус­ло­ви­ем реф­лек­сив­но­го С. яв­ля­ет­ся по­ни­ма­ние зна­ний, на­ме­ре­ний и эмо­ций др. че­ло­ве­ка, что спо­соб­ст­ву­ет раз­ви­тию са­мо­соз­на­ния и слу­жит за­ло­гом ус­пеш­но­го со­ци­аль­но­го взаи­мо­дей­ст­вия. Воз­мож­ная ге­не­тич. при­ро­да С. про­яв­ля­ет­ся при на­ру­ше­ни­ях, ха­рак­тер­ных для ау­тиз­ма, ко­гда фор­ми­ро­ва­ние этой спо­соб­но­сти за­труд­не­но или да­же пол­но­стью не­воз­мож­но, хо­тя ин­тел­лек­ту­аль­ные дос­ти­же­ния вне со­ци­аль­ной сфе­ры мо­гут ос­та­вать­ся вы­со­ки­ми.

Воз­мож­ность ус­та­нов­ле­ния ком­му­ни­ка­тив­но­го, пре­ж­де все­го ре­че­во­го, кон­так­та с па­ци­ен­том ос­та­ёт­ся са­мым бы­ст­рым и на­дёж­ным тес­том на­ру­ше­ний С. Од­но­вре­мен­но в кли­нич. прак­ти­ке воз­рас­та­ет зна­че­ние объ­ек­тив­ных ме­то­дов, ос­но­ван­ных на ма­те­ма­тич. мо­де­лях и фи­зи­ко-хи­мич. эф­фек­тах. При­ме­ром слу­жит реа­ли­за­ция тео­рии ин­те­гра­тив­ной ин­фор­ма­ции (Дж. То­но­ни, США), в ко­то­рой С. рас­смат­ри­ва­ет­ся как «еди­ная, субъ­ек­тив­но са­мо­ощу­щае­мая суб­стан­ция». Дан­ный взгляд на С. был вы­ра­жен с по­мо­щью ко­ли­че­ст­вен­но­го ко­эф­фи­ци­ен­та, оце­ни­ваю­ще­го ком­би­на­тор­ную слож­ность от­ве­тов моз­га на транс­кра­ни­аль­ную маг­нит­ную сти­му­ля­цию (ТМС). Ис­поль­зо­ва­ние это­го ко­эф­фи­ци­ен­та по­зво­ля­ет раз­ли­чать па­ци­ен­тов, на­хо­дя­щих­ся в со­стоя­ни­ях яс­но­го С., сна с дви­же­ния­ми глаз, сна без дви­же­ний глаз, нар­ко­за и ко­мы (А. Дж. Ка­са­ли и др.).

Соз­на­ние в ней­ро­ког­ни­тив­ных ис­сле­до­ва­ни­ях. Дли­тель­ное вре­мя осн. ис­точ­ни­ком све­де­ний о ней­ро­фи­зио­ло­гич. ме­ха­низ­мах С. бы­ли дан­ные на­блю­де­ний за па­ци­ен­та­ми с ло­каль­ны­ми по­ра­же­ния­ми и за­бо­ле­ва­ния­ми моз­га. С по­яв­ле­ни­ем элек­тро­эн­це­фа­ло­гра­фии (ЭЭГ), а в кон. 20 в. ря­да бо­лее чув­ст­ви­тель­ных ме­то­дов ста­ли воз­мож­ны экс­пе­ри­мен­таль­ные под­хо­ды к изу­че­нию моз­га и его функ­цио­ни­ро­ва­ния, в т. ч. на ос­но­ве ис­поль­зо­ва­ния эф­фек­та маг­нит­но­го ре­зо­нан­са (моз­го­вое кар­ти­ро­ва­ние, ней­ро­ви­зуа­ли­за­ция, то­мо­гра­фия). По­сколь­ку важ­ную роль в ра­бо­те моз­га иг­ра­ют раз­но­об­раз­ные ней­ротранс­мит­те­ры, раз­ви­ва­ют­ся так­же ме­то­ды ана­ли­за мо­ле­ку­ляр­ных ме­ха­низ­мов выс­шей нерв­ной дея­тель­но­сти, вклю­чая их ге­ном­ные и эпи­ге­не­тич. ком­по­нен­ты (см. Ге­не­ти­ка, Ге­но­ми­ка, Про­те­о­ми­ка).

Клас­сич. ли­ния ис­сле­до­ва­ний свя­за­на с пред­ло­жен­ным И. М. Се­че­но­вым оп­ре­де­ле­ни­ем соз­нат. мыс­ли как за­тор­мо­жен­но­го реф­лек­са. Под «реф­лек­сом» здесь по­ни­ма­ют­ся хо­ро­шо за­учен­ные, обыч­но со­от­вет­ст­вую­щие био­ло­гич. мо­ти­ва­ции фор­мы по­ве­де­ния. Ес­ли при кон­флик­те ме­ж­ду при­выч­ным и не­при­выч­ным, но бо­лее аде­к­ват­ным в кон­крет­ной си­туа­ции по­ве­де­ни­ем мы вы­би­ра­ем по­след­нее, то счи­та­ет­ся, что в раз­ре­ше­ние кон­флик­та вме­ши­ва­ют­ся про­цес­сы про­из­воль­но­го кон­тро­ля, тор­мо­зя­щие при­выч­ные фор­мы ак­тив­но­сти. По­доб­ный кон­троль на­ру­шен при по­ра­же­ни­ях лоб­ных от­де­лов ко­ры го­лов­но­го моз­га (лоб­ный, или дез­эк­зе­ку­тив­ный, син­дром). Ме­ха­низ­мы кон­тро­ля ло­ка­ли­зу­ют­ся в пе­ред­них от­де­лах по­яс­ной из­ви­ли­ны, дор­заль­ные её от­де­лы свя­за­ны с раз­ре­ше­ни­ем ней­траль­ных по со­дер­жа­нию, а вен­траль­ные – эмо­цио­наль­ных кон­флик­тов (М. По­знер, США).

Раз­ли­че­ние дор­заль­ных и вен­траль­ных струк­тур важ­но так­же для по­ни­ма­ния функ­ций зад­них от­де­лов ко­ры, во­вле­чён­ных в про­цес­сы об­ра­бот­ки зри­тель­ной, слу­хо­вой и со­ма­то­сен­сор­ной ин­фор­ма­ции. Имею­щие­ся дан­ные го­во­рят о том, что «дор­заль­ный по­ток» ра­бо­та­ет в ав­то­ма­тич. ре­жи­ме, обес­пе­чи­вая бы­ст­рую ло­ка­ли­за­цию объ­ек­тов в про­стран­ст­ве, то­гда как функ­ци­ей вен­траль­ных струк­тур яв­ля­ет­ся соз­нат. уз­на­ва­ние и на­зы­ва­ние объ­ек­тов (А. Д. Мил­нер, Ве­ли­ко­бри­та­ния; М. А. Гу­дейл, Ка­на­да).

Уча­стие ре­чи в про­цес­сах про­из­воль­но­го вы­бо­ра це­ли дей­ст­вия оп­ре­де­ля­ет вы­ра­жен­ную меж­по­лу­шар­ную асим­мет­рию ней­ро­фи­зио­ло­гич. ме­ха­низ­мов С. Так, це­ле­по­ла­га­ние тес­но свя­за­но с ак­тив­но­стью ре­че­вой зо­ны Бро­ка (по­ля 44 и 45, по Брод­ма­ну) и при­мы­каю­щих к ней струк­тур лоб­ной до­ли ле­во­го по­лу­ша­рия. Сим­мет­рич­ные струк­ту­ры пра­во­го по­лу­ша­рия вы­пол­ня­ют бо­лее пас­сив­ную, но не ме­нее важ­ную роль от­сле­жи­ва­ния и оцен­ки про­те­ка­ния дея­тель­но­сти (Д. Стасс, Ка­на­да). Ха­рак­тер­но, что имен­но при по­ра­же­ни­ях пра­во­го по­лу­ша­рия на­блю­да­ют­ся сим­пто­мы ано­зог­но­зии. «По­ток» мыс­лей и пе­ре­жи­ва­ний, спон­тан­но сме­няю­щих друг дру­га в от­сут­ст­вие яв­ной за­да­чи, под­дер­жи­ва­ет­ся об­шир­ной се­тью кор­ти­каль­ных струк­тур, на­зы­вае­мой «де­фолт­ной ней­ро­се­тью» (англ. default neural network; М. Райхл). Важ­ным ком­по­нен­том этой се­ти яв­ля­ют­ся наи­бо­лее но­вые в эво­лю­ци­он­ном от­но­ше­нии фрон­то­по­ляр­ные зо­ны ко­ры: 9 и осо­бен­но 10, по Брод­ма­ну.

Осн. труд­ность ней­ро­ког­ни­тив­ных ис­сле­до­ва­ний С. со­сто­ит в рас­пре­де­лён­ном и мно­го­уров­не­вом ха­рак­те­ре его воз­мож­ных ме­ха­низ­мов. Так, энер­ге­тич. под­держ­ка соз­нат. функ­цио­ни­ро­ва­ния обес­пе­чи­ва­ет­ся пре­им. суб­кор­ти­каль­ны­ми струк­ту­ра­ми. Их по­ра­же­ния ве­дут к пол­ной ут­ра­те С., что по­зво­ли­ло У. Пен­фил­ду и Г. Джас­пе­ру (1958) вы­дви­нуть «цен­тро­эн­це­фа­ли­че­скую тео­рию», со­глас­но ко­то­рой «суб­стра­том» С. яв­ля­ют­ся суб­кор­ти­каль­ные об­лас­ти моз­га. Важ­ным до­пол­не­ни­ем к чис­то струк­тур­ным опи­са­ни­ям моз­го­вых ме­ха­низ­мов С. слу­жат ис­сле­до­ва­ния их ин­те­гра­ции на ба­зе вол­но­вых элек­тро­маг­нит­ных про­цес­сов (В. Зин­гер, ФРГ).

Вни­ма­ние ис­сле­до­ва­те­лей С. на про­тя­же­нии ря­да лет при­вле­ка­ет гам­ма-ритм (40–120 Гц), ре­ги­ст­ри­руе­мый в ЭЭГ и маг­ни­то­эн­це­фа­ло­гра­фии (МЭГ). Уси­ле­ние гам­ма-рит­ма об­на­ру­же­но в экс­пери­мен­тах, про­во­ци­рую­щих осоз­на­ние ус­ло­вий вы­пол­не­ния дей­ст­вия за счёт ис­ка­же­ния об­рат­ной свя­зи. Мно­же­ст­во бы­ст­рых из­ме­не­ний ЭЭГ и МЭГ со­про­во­ж­да­ет по­ни­ма­ние и по­ро­ж­де­ние ре­чи, а так­же дви­же­ния глаз и свя­зан­ные с ни­ми фа­зы вос­при­ятия. Для выс­ших форм С. не ме­нее ва­жен от­но­си­тель­но мед­лен­ный те­та-ритм (4–8 Гц), ко­то­рый ге­не­ри­ру­ет­ся гип­по­кам­пом и струк­ту­ра­ми лоб­ных об­лас­тей моз­га, уча­ст­вую­щи­ми в про­из­воль­ном кон­тро­ле. Рит­мич. вол­ны ак­ти­ва­ции спо­соб­ны обес­пе­чи­вать слож­ные про­цес­сы об­ра­бот­ки ин­фор­ма­ции не толь­ко на ба­зе струк­тур ко­ры, но и вклю­чать в об­ра­бот­ку суб­кор­ти­каль­ные от­де­лы моз­га. Это не­об­хо­ди­мо для пла­ни­ро­ва­ния мо­тор­ных ком­по­нен­тов дей­ст­вия и эмо­цио­наль­но­го под­кре­п­ле­ния ре­зуль­та­та. Вол­но­вая ак­тив­ность ре­ги­ст­ри­ру­ет­ся и в моз­ге жи­вот­ных, в ча­ст­но­сти у птиц, ко­то­рые спо­соб­ны де­мон­ст­ри­ро­вать вы­со­ко­адап­тив­ное по­ве­де­ние не­смот­ря на от­сут­ст­вие ко­ры.

Ещё од­ним на­прав­ле­ни­ем изу­че­ния С. яв­ля­ют­ся на­ча­тые Б. Ли­бе­том (США) по­пыт­ки со­пос­та­вить вре­мя субъ­ек­тив­но­го при­ня­тия ре­ше­ния об ини­циа­ции дей­ст­вия с наи­бо­лее ран­ни­ми при­зна­ка­ми ре­ше­ния в ак­тив­но­сти моз­га. Объ­ек­тив­ное пред­ска­за­ние дей­ст­вия при этом на неск. со­тен мил­ли­се­кунд опе­ре­жа­ет мо­мент осоз­на­ния ре­ше­ния и, сле­до­ва­тель­но, по­след­нее не мо­жет быть при­чи­ной, ка­залось бы, про­из­воль­но­го дей­ст­вия. Ис­поль­зо­ва­ние но­вых ме­то­дов ней­ро­ви­зуа­ли­за­ции де­мон­ст­ри­ру­ет ещё бо­лее зна­чит. рас­со­гла­со­ва­ние двух со­бы­тий, пред­ска­за­ние ха­рак­те­ра дей­ст­вия ока­зы­ва­ет­ся воз­мож­ным за неск. се­кунд до при­ня­тия соз­нат. ре­ше­ния и ини­циа­ции дей­ст­вия. Ре­ше­ние фи­лос. и этич. про­блем, ко­то­рые ста­вят эти экс­пе­ри­мен­ты, по­тре­бу­ет по­ни­ма­ния бес­соз­на­тель­но­го как ин­те­граль­ной час­ти ин­ди­ви­ду­аль­но­го Я, от­вет­ст­вен­но­го за свои по­ступ­ки.

Со­глас­но уров­не­во­му под­хо­ду H. A. Берн­штей­на, вся­кое но­вое дей­ст­вие сна­ча­ла вы­пол­ня­ет­ся на не­ко­то­ром ве­ду­щем уров­не и це­ли­ком осоз­на­ёт­ся. За­тем оно рас­ще­п­ля­ет­ся на ряд опе­ра­ций, ко­то­рые в про­цес­се ав­то­ма­ти­за­ции пе­ре­ста­ют осоз­на­вать­ся, пе­ре­хо­дя на бо­лее низ­кие, фо­но­вые уров­ни. Этот под­ход опи­сы­ва­ет по­строе­ние дви­же­ний, но мо­жет быть при­ме­нён и для объ­яс­не­ния С. Его мож­но по­нять как наи­бо­лее ве­ро­ят­ную ин­те­граль­ную мо­дель си­туа­ции, ко­то­рая вклю­ча­ет вкла­ды мно­же­ст­ва ме­ха­низ­мов, воз­ник­ших на раз­ных уров­нях эво­лю­ции моз­га и по­ве­де­ния (Б. М. Ве­лич­ков­ский). Ра­ди об­щей прав­до­по­доб­но­сти в мо­дель вно­сят­ся раз­но­об­раз­ные про­стран­ст­вен­но-вре­менны́е и смы­сло­вые ис­ка­же­ния. Не имея пря­мо­го дос­ту­па к др. сис­те­ме ко­ор­ди­нат, мы не за­ме­ча­ем в этом мно­го­мер­ном кол­ла­же ни ил­лю­зий, ни сле­пых пя­тен. Зна­че­ние С. со­сто­ит в том, что оно соз­да­ёт впе­чат­ле­ние сво­бо­ды вы­бо­ра, под­дер­жи­вая, т. о., на­шу го­тов­ность дей­ст­во­вать в со­от­вет­ст­вии с собств. убе­ж­де­ния­ми – по со­вес­ти, а не по внеш­не­му при­ну­ж­де­нию. Ины­ми сло­ва­ми, С. – это не зер­ка­ло, а лам­па, ос­ве­щаю­щая путь.