Э́ТОС

Э́ТОС (греч. ἦθος), тер­мин др.-греч. фи­лос. эти­ки, оз­на­чаю­щий «нрав, ха­рак­тер». Об­ра­зо­ван­ное от не­го при­ла­га­тель­ное ἠθιϰός («нрав­ст­вен­ный, от­но­ся­щий­ся к ха­рак­те­ру») да­ло на­зва­ние фи­лос. дис­ци­п­ли­не эти­ке (соб­ст­вен­но ἡ ἠθιϰὴ φιλοσοφία – нрав­ст­вен­ная фи­ло­со­фия). По­ня­тие Э. име­ет ос­но­во­по­ла­гаю­щее зна­че­ние в ан­тич­ной эти­ке доб­ро­де­те­ли, ко­то­рая, в от­ли­чие от тра­ди­ций де­он­то­ло­гии и ути­ли­та­риз­ма в эти­ке Но­во­го вре­ме­ни, фо­ку­си­ру­ет­ся не на мо­раль­ном дей­ст­вии и его оцен­ке, а на ха­рак­те­ре и вос­пи­та­нии его иде­аль­ных ка­честв – та­ких, как му­же­ст­во, це­ло­муд­рие, спра­вед­ли­вость и прак­тич. ра­зум (φρόνησις ), из ко­то­рых са­ми со­бой «вы­те­ка­ют» пра­виль­ные дей­ст­вия. Доб­ро­де­те­ли Э. яв­ля­ют­ся во­ле­вы­ми ус­та­нов­ка­ми, сво­его ро­да про­грам­мой по­ве­де­ния и жиз­не­строи­тель­ст­ва, сле­дуя ко­то­рой че­ло­век реа­ли­зу­ет свою при­ро­ду и дос­ти­га­ет сча­стья (эв­де­мо­нии). Клас­сич. тео­рии «эти­че­ских доб­ро­де­те­лей» (ἠθιϰαί ἀρεταί, соб­ст­вен­но «доб­ро­де­те­ли ха­рак­те­ра») да­ли Пла­тон в «Го­су­дар­ст­ве» и Ари­сто­тель в «Ни­ко­ма­хо­вой эти­ке». Со­глас­но Ге­рак­ли­ту, «ха­рак­тер (Э.) че­ло­ве­ка – его судь­ба», в фор­му­ли­ров­ке ос­но­ва­те­ля стои­циз­ма Зе­но­на «ха­рак­тер (Э.) – это ис­точ­ник жиз­ни, из ко­то­ро­го вы­те­ка­ют от­дель­ные дей­ст­вия» (Ио­анн Сто­бей, Ан­то­ло­гия, II, 6, 36). В от­ве­те на во­прос «как об­ре­та­ет­ся доб­ро­де­тель» фи­ло­со­фы рас­хо­ди­лись во мне­нии: Ари­сто­тель под­верг кри­ти­ке ин­тел­лек­туа­лизм Со­кра­та («доб­ро­де­тель есть зна­ние», эпи­сте­мэ, или ло­гос): доб­ро­де­тель Э. яв­ля­ет­ся доб­ро­де­те­лью не ра­цио­наль­ной (об­ла­даю­щей ло­го­сом), а ир­ра­цио­наль­ной час­ти ду­ши (вме­сти­ли­ще эмо­ций, πάθος , и вле­че­ний, ὄρεξις), по­это­му она вос­пи­ты­ва­ет­ся че­рез «уп­раж­не­ние» и «при­вы­ка­ние», прак­тич. со­вер­ше­ние до­б­рых дел. Ари­сто­тель при этом ссы­лал­ся на то, что в греч. язы­ке «при­выч­ка» (ἔθος) и «ха­рак­тер» (ἦθος) раз­ли­ча­ют­ся толь­ко дол­го­той на­чаль­но­го глас­но­го: уд­ли­няя его, мы пре­вра­ща­ем при­выч­ку в ха­рак­тер. Од­на­ко в 6-й кн. «Ни­ко­ма­хо­вой эти­ки» Ари­сто­тель при­знал не­раз­рыв­ную связь прак­тич. ра­зу­ма (φρόνησις) и нравств. доб­ро­де­те­ли. В эл­ли­ни­стич. эпо­ху сто­ик Хри­сипп воз­ро­дил со­кра­тов­ский ло­го­цен­тризм: в ос­но­ве не­га­тив­ных эмо­ций и лож­ных «впе­чат­ле­ний» ле­жат не­вер­ные оцен­ки, ис­пра­вив ко­то­рые мож­но уст­ра­нить не­га­тив­ные эмо­ции.

С кон. 19 в. тер­мин «Э.» стал упо­треб­лять­ся для обо­зна­че­ния нор­ма­тив­ной ха­рак­те­ри­сти­ки мен­таль­но­сти и прак­тич. по­ве­де­ния лич­но­сти и то­го или ино­го со­об­ще­ст­ва – струк­ту­ры цен­но­ст­ных пред­поч­те­ний (М. Ше­лер), оп­ре­де­ляю­щей стиль жиз­ни к.-л. об­ществ. груп­пы (ср. Ос­сов­ская М. Ры­царь и бур­жуа, 1956; рус. пер. 1987), сис­те­мы нравств. тре­бо­ва­ний и пред­пи­са­ний, ре­гу­ли­рую­щей по­ве­де­ние пред­ста­ви­те­лей разл. про­фес­сий (Э. вра­ча, учи­те­ля, офи­це­ра, по­ли­ти­ка и т. д.). Но­вое об­ра­ще­ние к ан­тичной эти­ке доб­ро­де­те­ли в по­след­ние де­ся­ти­ле­тия 20 в. про­изош­ло по­сле по­яв­ле­ния кн. А. Ма­кин­тай­ра «По­сле доб­ро­де­те­ли» («Af­ter virtue», 1981, рус. пер. 2000), по­лу­чив­шей ши­ро­кий ре­зо­нанс.

По­ня­тие Э. за­ни­ма­ет важ­ное ме­сто в ан­тич­ных тео­ри­ях му­зы­ки, при­пи­сы­вав­ших этич. ха­рак­те­ри­сти­ки осн. ка­те­го­ри­ям гар­мо­нии (ро­дам ме­ло­са, ви­дам ок­та­вы, ла­дам), мет­рич. сто­пам, муз. ин­ст­ру­мен­там. Диа­то­нич. род ме­ло­са (см. Ро­ды ин­тер­валь­ных сис­тем) обыч­но описы­вал­ся как стро­гий и ес­те­ст­вен­ный, в то вре­мя как хро­ма­ти­ка – род из­не­жен­ный, раз­вра­щаю­щий ду­шу че­ло­ве­ка; до­рий­ский лад – как му­же­ст­вен­ный и серь­ёз­ный, фри­гий­ский – как экс­та­ти­че­ский и воз­бу­ж­даю­щий, ли­дий­ский – как гру­ст­ный и жа­лоб­ный. Хо­тя в ан­тич­но­сти от­сут­ст­во­ва­ла еди­ная клас­си­фи­ка­ции средств муз. вы­ра­зи­тель­но­сти по этич. при­зна­ку (Э. ла­дов, рит­мов и др. мо­гут раз­нить­ся от од­но­го ис­то­рич. до­ку­мен­та к дру­го­му), об­щей тен­ден­ци­ей бы­ло ре­ко­мен­до­вать од­ни ро­ды ме­ло­са, рит­мы, ла­ды, муз. ин­ст­ру­мен­ты и т. д. и за­пре­щать дру­гие, по­сколь­ку му­зы­ка рас­смат­ри­ва­лась с точ­ки зре­ния её об­ществ. по­лез­но­сти (или, со­от­вет­ст­вен­но, вред­но­сти). Так, Пла­тон в «Го­су­дар­ст­ве» (III.10), при­зы­вая ис­клю­чить все «слож­ные» муз. ин­ст­ру­мен­ты из го­ро­да, счи­тал по­лез­ны­ми толь­ко ли­ру и ки­фа­ру, «а в по­лях у пас­ту­хов пусть бу­дет си­рин­га». «Ос­но­вы му­зы­ки» Бо­эция от­кры­вают­ся гла­вой «О том, что му­зы­ка нам ес­те­ст­вен­но при­су­ща, и о её спо­соб­но­сти воз­вы­шать или пор­тить нра­вы (mores)».

В сред­ние ве­ка не­ко­то­рые тео­ре­ти­ки му­зы­ки (Ио­анн Кот­тон, Ари­бо Схо­ласт, Б. Ра­мос де Па­ре­ха, Адам Фульд­ский, Й. Тинк­то­рис и др.) да­ва­ли этич. ха­рак­те­ри­сти­ки цер­ков­ным ла­дам (то­нам) гри­го­ри­ан­ской мо­но­дии. В Позд­нем Воз­ро­ж­де­нии этич. ха­рак­те­ри­стик удо­стои­лись два осн. тре­зву­чия – боль­шое и ма­лое. Зна­ме­ни­то вы­ска­зы­ва­ние Дж. Цар­ли­но («Ос­но­вы гар­мо­ни­ки», III. 31, 1558): «Ес­ли боль­шая тер­ция на­хо­дит­ся в ниж­ней час­ти квин­ты, то гар­мо­ния де­ла­ет­ся ве­сё­лой (allegra), а ес­ли она на­хо­дит­ся свер­ху, то гар­мо­ния ста­но­вит­ся пе­чаль­ной (mesta)»; в даль­ней­шем эти ха­рак­те­ри­сти­ки рас­про­стра­ни­лись со­от­вет­ст­вен­но на Э. ма­жо­ра и ми­но­ра. Об­ще­упот­ре­би­тель­ные в Но­вое вре­мя обо­зна­че­ния муз. тем­пов (итал. Allegro, Moderato, Vivace, Largo, Mesto, Grave и т. п.) ука­зы­ва­ли не на ско­рость дви­же­ния как та­ко­вую, а на ти­пич­ный Э. му­зы­ки, с этой ско­ро­стью свя­зан­ный. В 20–21 вв. Э. му­зы­ки – од­на из пред­мет­ных об­лас­тей пси­хо­ло­гии муз. вос­при­ятия.