МОЛЬЕ́Р

Мольер. Портрет работы Ш. А. Куапеля. 1-я пол. 18 в. Музей Ламбине (Версаль).

МОЛЬЕ́Р (Molière) (псевд.; наст. имя и фам. Жан Ба­тист По­клен, Poquelin) (15.1.1622, Па­риж – 17.2.1673, там же), франц. дра­ма­тург, ак­тёр. Ро­до­на­чаль­ник совр. ко­ме­дии, ве­ли­чай­ший ко­ме­дио­граф эпо­хи клас­си­циз­ма. Ро­дил­ся в се­мье по­томств. куп­цов-ре­мес­лен­ни­ков; отец М. ку­пил долж­ность при­двор­но­го обой­щи­ка и ко­ро­лев­ско­го ка­мер­ди­не­ра. М. по­лу­чил пре­вос­ход­ное клас­сич. об­ра­зо­ва­ние у ие­зуи­тов в Клер­мон­ском кол­ле­же, по­сле че­го про­слу­шал курс юрис­пру­ден­ции в Ор­ле­ан­ском ун-те, по окон­ча­нии ко­то­ро­го стал ли­цен­циа­том пра­ва (1639). Не ис­пы­ты­вая ин­те­ре­са ни к юри­дич. по­при­щу, ни к от­цов­ско­му ре­мес­лу, М. ре­шил стать ак­тё­ром.

В 1644 ор­га­ни­зо­вал в Па­ри­же по­лу­лю­би­тель­скую труп­пу «Бли­ста­тель­ный театр» (в ре­пер­туа­ре в осн. тра­ге­дии), ко­то­рая вско­ре ра­зо­ри­лась. Со 2-й пол. 1640-х гг., став ру­ко­во­ди­те­лем проф. труп­пы, М. при­нял­ся соз­да­вать ори­ен­ти­ро­ван­ные на про­сто­на­род­но­го зри­те­ля ко­рот­кие ко­мич. пье­сы, ко­то­рые во мно­гом пе­ре­кли­ка­лись с франц. ср.-век. фар­са­ми и бы­ли по­строе­ны на ак­тёр­ской им­про­ви­за­ции в ду­хе по­пу­ляр­ной во Фран­ции сер. 17 в. ко­ме­дии дель ар­те (боль­шин­ст­во про­из­ве­де­ний М. это­го пе­рио­да ут­ра­че­но; их точ­ное ко­ли­че­ст­во не­из­вест­но, ав­тор­ст­во не­ко­то­рых со­мни­тель­но). К 1653 М. в по­ис­ках но­вых спо­со­бов по­строе­ния ко­мич. си­туа­ций об­ра­тил­ся к опы­ту итал. «учё­ной ко­ме­дии» 16 в. (П. Аре­ти­но, Л. Арио­сто и др.), ко­то­рая в свою оче­редь пред­став­ля­ла со­бой экс­пе­ри­мент по вос­кре­ше­нию тра­ди­ций Плав­та и Те­рен­ция. Со­че­та­ние ис­кон­но­го франц. фар­са и тра­ди­ций итал. «вы­со­кой» ко­ме­дии, с при­су­щим ей от­чёт­ли­вым ин­те­ре­сом к ана­ли­зу мно­го­об­ра­зия че­ло­ве­че­ских ха­рак­те­ров, ста­ло от­ли­чит. осо­бен­но­стью дра­ма­тур­гии М. зре­ло­го пе­рио­да.

В 1653–58 труп­па да­ва­ла пред­став­ле­ния в Лио­не. Ши­ро­кой по­пу­ляр­ностью поль­зо­ва­лись соз­дан­ные М. пе­ре­ра­бот­ки пьес итал. ав­то­ров: «Су­ма­сброд, или Всё не­в­по­пад» («L’ Е́tourdi, ou les contre-temps», 1653 или 1655, по сю­же­ту Н. Бар­бь­е­ри), «Лю­бов­ная раз­молв­ка» («Le dе́­pit amoureux», 1656, на сю­жет Н. Сек­ки). В ко­ме­ди­ях М. ли­он­ско­го пе­рио­да сни­жа­ет­ся зна­че­ние буф­фо­на­ды и внеш­них кло­ун­ских эф­фек­тов (по­бо­ев, па­де­ний, ос­корб­ле­ний), по­вы­шен­ное вни­ма­ние уде­ля­ет­ся ин­три­ге, на ко­то­рой дер­жит­ся ко­мизм пье­сы. Зна­чит. ус­пе­ха М. до­стиг в опи­са­нии пси­хо­ло­гич. об­ли­ка пер­со­на­жей; к чис­лу наи­бо­лее су­ще­ст­вен­ных дос­ти­же­ний от­но­сит­ся соз­дан­ный им тип слу­ги-ре­зо­нё­ра, на­де­лён­но­го про­сто­на­род­ным здра­вым смыс­лом. 24.10.1658 кол­лек­тив М. вы­сту­пил в Па­ри­же пе­ред ко­ро­лев­ским дво­ром; Лю­до­вик XIV ос­та­вил труп­пу в Па­ри­же, вы­де­лив ей по­ме­ще­ние (те­атр «Пти-Бур­бон»; с 1661 пред­став­ле­ния да­ва­лись в за­ле Па­ле-Ро­яль).

Пер­вая ус­пеш­но по­став­лен­ная в сто­ли­це труп­пой М. ко­ме­дия – «Смеш­ные же­ман­ни­цы» («Les précieuses ridicules», 1659), в ко­то­рой вы­смеи­ва­лась пре­ци­оз­ность, а так­же лич­но М. де Скю­де­ри и кру­жок её по­чи­та­те­лей. Не­смот­ря на са­ти­рич. изо­бра­же­ние гро­те­ск­но утон­чён­но­го по­ве­де­ния при­двор­ной ари­сто­кра­тии, М. сам от­дал дань свет­ско-га­лант­но­му на­прав­ле­нию, соз­дав (ча­с­то в со­труд­ни­че­ст­ве с ком­по­зито­ром Ж. Б. Люл­ли и хо­рео­гра­фом П. Бо­шаном) ко­ме­дии-ба­ле­ты: «До­куч­ные» («Les fâcheux», 1661), «Брак по при­нуж­де­нию» («Le mariage forcé», 1664), а так­же «Прин­цес­са Элид­ская» («La prin­cesse d’Elide», пост. в Вер­са­ле на празд­ни­ке «Уве­се­ле­ния вол­шеб­но­го ост­ро­ва» в 1664); «Ме­ли­сер­та» («Mé­licerte»), «Гос­по­дин де Пур­сонь­як» («Monsieur de Pourceaugnac»), «Ко­ми­че­ская пас­то­раль» («Pastorale comi­que»; все 1666), «Си­ци­ли­ец, или Амур-жи­во­пи­сец» («Le Sicilien, ou L’amour peintre», 1667); «Ам­фит­ри­он» («Amphitryon»), «Жорж Дан­ден» («George Dandin»; обе 1668), «Бли­ста­тель­ные лю­бов­ни­ки» («Les amants magnifiques», 1670) и др. В пье­су это­го ти­па, близ­кую по ус­та­нов­кам эс­те­ти­ке при­двор­но­го ба­рок­ко, М., на­ря­ду с ге­ро­ич. и пас­то­раль­ны­ми мо­ти­ва­ми, прив­нёс эле­мен­ты фар­са, а так­же соч­ные за­ри­сов­ки нра­вов и бы­та.

Все­мир­ную по­пу­ляр­ность сни­ска­ли со­з­дан­ные М. са­ти­рич. ко­ме­дии ха­рак­те­ров. За­тра­ги­вая про­бле­мы се­мей­ных взаи­мо­от­но­ше­ний в пье­сах «Шко­ла му­жей» («L’École des maris», 1661), «Шко­ла жён» («L’École des femmes», 1662), «Кри­ти­ка Шко­лы жён» («La critique de L’École des femmes», 1663) и «Вер­саль­ский экс­промт» («L’impromptu de Versailles», 1663), М. вы­сту­пил с кри­ти­кой пат­ри­ар­халь­ных по­ряд­ков, от­стаи­вая прин­ци­пы жен­ской сво­бо­ды и рав­но­пра­вия по­лов. Ед­кая са­ти­ра на ли­це­мер­ных цер­ков­ни­ков-прой­дох в ко­ме­дии «Тар­тюф, или Об­ман­щик» (в 1-й ред. – «Le Tartuffe, ou l’Hypocrite», 1664; 2-я ред. под назв. «Об­ман­щик», «L’imposteur», 1667; 3-я ред. под пер­вым назв., 1669) ста­ла при­чи­ной дол­гих цен­зур­ных пре­сле­до­ва­ний, к ко­то­рым бы­ла при­ча­ст­на Ан­на Ав­ст­рий­ская. Пред­ста­вив в «Тар­тю­фе» обоб­щён­ный об­раз хан­жи и ли­це­ме­ра, М. раз­ра­бо­тал сю­жет­ную схе­му, к ко­то­рой об­ра­щал­ся так­же в ко­ме­ди­ях «Ску­пой» («L’avare», 1668), «Ме­ща­нин во дво­рян­ст­ве» («Le bourgeois gentil­hom­me», 1670; с эле­мен­та­ми ба­ле­та), «Мни­мый боль­ной» («Le malade imagi­naire», 1673; с эле­мен­та­ми ба­ле­та). Сю­жет в них раз­ви­ва­ет­ся обык­но­вен­но во­круг пер­со­на­жа (час­то ста­ри­ка), одер­жи­мо­го к.-л. стра­стью (ску­пость, же­ла­ние ле­чить­ся, пре­тен­зии на не­за­слу­жен­ные со­ци­аль­ные ро­ли и др.), ею од­ной и оп­ре­де­ля­ет­ся суть его ха­рак­те­ра. Ин­три­га за­вя­зы­ва­ет­ся, ко­гда дру­гой пер­со­наж («па­ра­сит») же­ла­ет вос­поль­зо­вать­ся ма­ниа­каль­ным стрем­ле­ни­ем гл. ге­роя во имя соб­ств. вы­го­ды; бла­го­по­луч­ная раз­вяз­ка ока­зы­ва­ет­ся воз­мож­ной по­сле вме­ша­тель­ст­ва ре­зо­нё­ров (час­то слуг) и ра­зо­бла­че­ния прой­до­хи (функ­цию гл. ре­зо­нё­ра в «Тар­тю­фе» ис­пол­ня­ет по­слан­ник ко­ро­ля, ко­то­рый вме­ши­ва­ет­ся в дей­ст­вие по прин­ци­пу де­ус экс ма­хи­на). Ко­ме­дии ха­рак­те­ров М., пред­став­ляю­щие на­стоя­щую га­ле­рею «от­кло­не­ний» от здра­во­го смыс­ла, име­ли во мно­гом на­зи­да­тель­ное зна­че­ние; кон­цепт ха­рак­те­ра как гл. ис­точ­ни­ка ко­ми­че­ско­го ста­нет до­ми­ни­рую­щим в по­сле­дую­щей за М. ко­ме­дио­гра­фии.

Пят­на­дца­ти­лет­ний па­риж­ский пе­ри­од твор­че­ст­ва М. оз­на­ме­но­ван пье­са­ми, диа­па­зон ко­миз­ма ко­то­рых про­сти­ра­ет­ся от пло­щад­но­го фар­со­во­го юмо­ра («Плут­ни Ска­пе­на», «Les fourberies de Sca­pin», 1671) до фи­лос. иро­нии, по па­фо­су ха­рак­тер­ной ско­рее для тра­ге­дии, в т. н. вы­со­ких ко­ме­ди­ях. В чис­ле по­след­них – «Дон Жу­ан, или Ка­мен­ный пир» («Don Juan, ou le Festin de pierre», 1665), где М., трак­туя из­вест­ный сю­жет о Дон Жуа­не, опи­сы­ва­ет раз­врат­ное по­ве­де­ние и ци­низм гл. ге­роя как про­яв­ле­ние сво­бо­до­мыс­лия; «Ми­зан­троп» («Le Mi­santh­ro­pe», 1666), где ко­мич. эф­фект воз­ни­ка­ет из не­со­от­вет­ст­вия на­де­лён­но­го экс­т­ра­ор­ди­нар­ным умом и чув­ст­ви­тель­но­стью цен­траль­но­го пер­со­на­жа ок­ру­жаю­ще­му ми­ру.

От­но­ше­ние к твор­че­ст­ву М. его со­вре­мен­ни­ков бы­ло не­од­но­знач­ным: оно вы­зы­ва­ло и по­чи­та­ние, и не­го­до­ва­ние, и да­же об­ви­не­ния в бо­го­хуль­ст­ве. Бо­га­тый об­раз­ный язык, вклю­чаю­щий про­сто­ре­чия и сме­лые «галль­ские» вы­ра­же­ния, не все­гда впи­сы­вал­ся в ка­но­ны клас­си­циз­ма; Н. Буа­ло в «По­эти­че­ском ис­кус­ст­ве» об­ви­нял М. в по­та­ка­нии вку­сам не­об­ра­зо­ван­ной тол­пы. В то же вре­мя влия­ние М. на раз­ви­тие ев­роп. ко­ме­дии ог­ром­но, все по­сле­дую­щие ко­ме­дио­гра­фы не­из­беж­но учи­ты­ва­ли его опыт со­еди­не­ния фар­со­во­го и «вы­со­ко­го» ко­миз­ма, а так­же вы­страи­ва­ния ин­три­ги на ос­но­ве ха­рак­те­ро­ло­гии. Ко­ло­рит­ные ге­рои пьес М., пред­став­ляю­щие со­бой ил­лю­ст­ра­ции веч­ных че­ло­ве­че­ских стра­стей, ста­ли из­люб­лен­ны­ми об­раз­ами ми­ро­во­го те­ат­ра. В Рос­сии пье­сы М. пе­ре­во­дят­ся и ста­вят­ся с нач. 18 в.