УИТО́ТО

УИТО́ТО, груп­па ин­дей­ских на­ро­дов в бас­сей­не Верх­ней Ама­зон­ки. Жи­вут в ни­зовь­ях р. Пу­ту­майо и в ме­ж­ду­ре­чье Яри-Каке­ты и Пу­ту­майо на юго-за­па­де Ко­лум­бии (18,4 тыс. чел. – 2016, оцен­ка; за­пад деп-та Ама­со­нас, вос­ток деп-та Пу­ту­майо и юг деп-та Ка­ке­та) и се­ве­ро-вос­то­ке Пе­ру (4,4 тыс. чел., се­вер ре­гио­на Ло­ре­то): мы­ны­ка (8,3 тыс. чел.), му­руи (9,6 тыс. чел.), муй­на­не (0,5 тыс. чел.), окай­на (400 чел.), бо­ра (4,4 тыс. чел.) и ны­по­де. Го­во­рят на бо­ра-уи­тот­ских язы­ках, рас­про­стра­нён исп. яз. Ве­рую­щие – ка­то­ли­ки, со­хра­ня­ют­ся тра­диц. ве­ро­ва­ния.

Кон­так­ты У. с внеш­ним ми­ром прак­ти­че­ски от­сут­ст­во­ва­ли до кон. 19 в., у му­руи р. Ка­гу­ан (хаи­руя) – до 1925, у бо­ра и ми­ра­нья рек Кау­и­на­ри и Па­ма – до 1936–37, у му­руи р. Ку­на­ре – до 1959. Мн. об­щи­ны на ре­ках Ка­ке­та и Пу­ту­майо со­хра­ня­ют замк­ну­тый об­раз жиз­ни. Бы­ли во­ин­ст­вен­ны. В кон. 19 – нач. 20 вв. б. ч. У. бы­ла во­вле­че­на в про­цесс сбо­ра кау­чу­ка. В ре­зуль­та­те кон­так­тов с при­шлым на­се­ле­ни­ем и при­не­сён­ных им бо­лез­ней, а так­же экс­плуа­та­ции и мас­сового истребления чис­лен­ность У. рез­ко упа­ла. С 1930-х гг. сре­ди У. ра­бо­та­ли хри­сти­ан­ские мис­сио­не­ры. Су­ще­ст­ву­ют об­ществ. ор­га­ни­за­ции – Фе­де­ра­ция ту­зем­ных об­щин р. Ам­пия­ку (FECONA) и Фе­де­рация по­гра­нич­ных об­щин Пу­ту­майо (FECONAFROPU).

Фото А.А. Матусовского Уитото. Участники церемонии встречи гостей в малоке у бора; в руках держат жезлы для отбивания ритма. Посёлок Пебас (Перу, регион Лорето). 2007.

Тра­диц. куль­ту­ра У. ти­пич­на для ин­дей­цев тро­пич. ле­сов Юж. Аме­ри­ки. За­ни­ма­ют­ся под­сеч­но-ог­не­вым зем­ле­де­ли­ем, охо­той, ры­бо­лов­ст­вом и со­би­ра­тель­ст­вом. Мн. У. ра­бо­та­ют на ле­со­за­го­тов­ках, во­вле­че­ны в про­цесс тор­гов­ли ко­кой. Прак­ти­ку­ют рас­крас­ку ли­ца, но­сят го­лов­ные ук­ра­ше­ния из перь­ев, оже­ре­лья из клы­ков жи­вот­ных, пло­дов и се­мян рас­те­ний. В цен­тре по­се­ле­ния сто­ит боль­шой дом (ма­ло­ка; пря­мо­уголь­ные ма­ло­ки сим­во­ли­зи­ру­ют муж­ское, круг­лые или оваль­ные – жен­ское на­ча­ло), в про­шлом – жи­лой, ны­не – слу­жа­щий це­ре­мо­ни­аль­ным цен­тром об­щи­ны и жи­ли­щем её гла­вы. Не­пре­мен­ный ат­ри­бут ма­ло­ки – сиг­наль­ные ще­ле­вые ба­ра­ба­ны и длин­ное брев­но, сим­во­ли­зи­рую­щее ана­кон­ду (ра­нее – ор­на­мен­ти­ро­ван­ное), на ко­то­ром во вре­мя тан­цев от­би­ва­ют ритм но­га­ми. В тан­цах ис­поль­зу­ют­ся так­же жез­лы для от­би­ва­ния рит­ма, ра­нее – мас­ки. В ри­туа­лах упот­реб­ля­ют по­ро­шок из ли­сть­ев ко­ки, чи­чу из ма­нио­ка. До нач. 20 в. прак­ти­ко­ва­ли ри­ту­аль­ный кан­ни­ба­лизм. Наи­бо­лее зна­чи­мые празд­ни­ки: по­строй­ка но­вой ма­ло­ки, сбор уро­жая пер­си­ко­вой паль­мы. Со­хра­ня­ет­ся бо­га­тая ми­фо­ло­гия (сю­же­ты о про­ис­хож­де­нии ма­нио­ка, ры­бы, о лу­не и со­лн­це, кра­же ог­ня, боль­шой змее), пе­сен­ный и тан­це­валь­ный фольк­лор.