ШО́РЦЫ

ШО́РЦЫ (са­мо­на­зва­ние – та­дар-ки­жи; ус­тар. – чер­не­вые, куз­нец­кие, мрас­ско-кон­дом­ские та­та­ры; назв. «Ш.» – от са­мо­на­зва­ния ро­да Шор, рас­про­стра­не­но с кон. 1920-х гг.), тюрк. на­род в Рос­сии. Чис­лен­ность 12,9 тыс. чел. (2010, пе­ре­пись). Жи­вут в осн. по ре­кам Кон­до­ма, Мрас­су и Томь на юге Ке­ме­ров­ской обл. (вос­ток Таш­та­голь­ско­го, юг Но­во­куз­нец­ко­го р-на и Ме­ж­ду­ре­чен­ско­го гор. окр.; 10,7 тыс. чел.) и в по­гра­нич­ных рай­о­нах Ха­ка­сии (1,2 тыс. чел.), Крас­но­яр­ско­го края (0,2 тыс. чел.) и Рес­пуб­ли­ки Ал­тай (0,1 тыс. чел.). Го­во­рят в осн. по-рус­ски, св. 2,8 тыс. чел. – на шор­ском язы­ке. Ве­рую­щие – пра­во­слав­ные, со­хра­ня­ют­ся эле­мен­ты ша­ма­ни­ст­ских куль­тов, есть по­сле­до­ва­те­ли нео­ша­ма­низ­ма и нео­тен­гри­ан­ст­ва. В 1926–39 су­ще­ст­во­вал Гор­но-Шор­ский нац. р-н. В 1993 вклю­че­ны в Спи­сок ко­рен­ных ма­ло­чис­лен­ных на­ро­дов РФ.

Шорские девушки. Одеты в рубаху кюйнек, на шее – ожерелье из разноцветных стеклянных бус мончук. Фото Г.И. Иванова. 1913. Алтайский краеведческий музей (Барнаул). Алтайский государственный краеведческий музей

Юж. груп­пы пред­ков Ш., в 17–18 вв. жив­шие в гор­но-та­ёж­ной ме­ст­но­сти в бас­сей­нах Кон­до­мы и Мрас­су (би­рю­син­цы), де­ли­лись на груп­пы сред­не­мрас­ских (се­о­ки Кар­га и Че­лей), ка­быр­зин­ских (се­о­ки Ко­бый и Кы­зай), верх­не­мрас­ских (се­ок Кый), верх­не­кон­дом­ских (се­о­ки Ак-Шор, Ка­ра-Шор, Са­ры-Шор и Че­лей) и пы­лаз­ских (се­о­ки Та­еш, Узут-Шор, Чо­рал и Ке­чин) Ш. (часть их во­шла в со­став ха­ка­сов); се­вер­ные, про­жи­вав­шие в ле­со­степ­ных рай­онах на р. Томь, в рай­оне ни­зо­вий Абы, Кон­до­мы и Мрас­су (абин­цы), – на ниж­не­кон­дом­ских Ш. (се­о­ки Аба, Се­би, Тарт­кын и Ке­реш), чу­мыш­ских (се­о­ки Ка­ра-Аба и Таг-Аба, или то­гуль­цы; часть Таг-Аба во­шла в со­став те­ле­утов и ку­ман­дин­цев), мун­ды­баш­ских (се­ок Ка­лар), ан­троп­ских (се­о­ки Че­лей и Че­ди­бер), ниж­не­мрас­ских (се­о­ки Аба, Челей и Тарт­кын). Би­рю­син­цы за­ни­ма­лись в осн. охо­той, ры­бо­лов­ст­вом, сбо­ром кед­ро­во­го оре­ха, мес­та­ми пче­ло­вод­ст­вом и руч­ным зем­ле­де­ли­ем (с мо­ты­гой абыл); абин­цы – па­шен­ным зем­ле­де­ли­ем и стой­ло­вым жи­вот­но­вод­ст­вом, пче­ло­вод­ст­вом, плав­кой же­ле­за, куз­неч­ным и ору­жей­ным де­лом (при­шли в упа­док в 18 в. с раз­ви­ти­ем на Ал­тае рус. гор­ной пром-сти; ра­нее Ш. снаб­жа­ли ору­жи­ем те­ле­утов, до 1703 – кыр­гы­зов ени­сей­ских), а так­же ме­но­вой тор­гов­лей. Вы­ра­щи­ва­ли яч­мень, пше­ни­цу, овёс, про­со, ко­но­п­лю, раз­во­ди­ли ло­ша­дей и низ­ко­рос­лых ко­ров. Бы­ли раз­ви­ты тка­че­ст­во из во­ло­кон ко­но­п­ли и кра­пи­вы, вы­шив­ка, об­ра­бот­ка бе­ре­сты, де­ре­ва и ро­га. Жи­ли­ще – кар­кас­ное (одаг), с кон. 19 в. – сруб­ное (в вер­ховь­ях Кон­до­мы – чай­лыг, яй­лыг, с оча­гом у вхо­да, Мрас­су – се­нек, с оча­гом на­про­тив вхо­да). В 1-й пол. 19 в. жи­ли­щем абин­цев бы­ла из­ба с гли­но­бит­ной рус. пе­чью у вхо­да. Традиц. оде­ж­да из до­мо­тка­но­го по­лот­на (кен­дырь), по­куп­ных чёр­но­го са­ти­на и си­ней бя­зи (та­ба): ту­ни­ко­об­раз­ная ру­ба­ха (кюй­нек; у муж­чин – дли­ной ни­же ко­лен, у жен­щин – до щи­ко­ло­ток, с нач. 20 в. – с обор­ка­ми и рю­ша­ми по по­до­лу), шта­ны (штан) и ту­ни­ко­об­раз­ный пра­во­за­паш­ной ха­лат (ша­быр, пан­тек, ке­ден, чай­лык) с на­шив­ным во­рот­ни­ком из чёр­но­го сук­на или бар­ха­та, у муж­чин – под­поя­сан­ный ку­ша­ком (кур), у жен­щин – ук­ра­шен­ный вы­шив­кой и ра­ко­ви­на­ми кау­ри. Муж­ской го­лов­ной убор – хол­що­вая шап­ка (пё­рюк, бё­рюк). Де­вуш­ки за­пле­та­ли 3, 5 или 7, за­муж­ние жен­щи­ны – 2 ко­сы; рас­про­стра­не­ны на­кос­ные ук­ра­ше­ния из кон­ско­го во­ло­са с бу­си­на­ми, ра­ко­ви­на­ми кау­ри и се­реб­ря­ны­ми мо­не­та­ми. Осн. пи­ща – пше­нич­ный хлеб (ка­лаш), ле­пёш­ки (тер­тпек), ка­ши (са­ла­мат) и по­хлёб­ки из об­жа­рен­ной яч­мен­ной му­ки (тал­кан) и яч­мен­ной кру­пы (ша­рык), га­луш­ки (тут­паш), вяленая ко­ни­на (су­гум), слив­ки (кай­мак), сыр; на­стой му­ки с со­ло­дом (абырт­ка) пе­ре­го­ня­ют в ал­ко­голь­ный на­пи­ток (ара­ка).

Де­ли­лись на пат­ри­ли­ней­ные ро­ды (се­ок) и боль­шие се­мьи (тёл, «улус»). Брак за­клю­чал­ся по­сред­ст­вом умы­ка­ния с по­сле­дую­щим при­ми­ре­ни­ем род­ни же­ни­ха и не­вес­ты (бай­га) или сва­тов­ст­ва (ку­да) с уп­ла­той ка­лы­ма. До 1930-х гг. со­хра­ня­лись ша­ма­низм, культ ду­хов-хо­зя­ев ме­ст­но­сти, пред­став­ле­ния о не­бес­ном бо­же­ст­ве, твор­це Уль­ге­не, его бра­те, хо­зяи­не пре­ис­под­ней Эр­ли­ке и злых ду­хах ай­на. Ша­ма­ны (кам) по­лу­ча­ли ша­ман­ские буб­ны от Уль­ге­ня или Эр­ли­ка, са­мые силь­ные – от ду­ха (таг ээзи) го­ры Мус­таг. Ду­хи пред­ков – по­кро­ви­те­лей до­маш­не­го оча­га изо­бра­жа­лись в ви­де жен­ских фи­гур (ёрё­кён­нер, тёр-ки­жи­лер). С 1831 сре­ди Ш. дей­ст­во­ва­ла Алт. ду­хов­ная мис­сия, воз­глав­ляе­мая ар­хим. Ма­ка­ри­ем (Глу­ха­рё­вым), за­тем – свт. Ма­ка­ри­ем (Нев­ским). К кон. 19 в. поя­ви­лись шор­ские ду­хо­вен­ст­во и ин­тел­ли­ген­ция; в 1930–40-е гг. су­ще­ст­во­ва­ла шор­ская лит-ра (по­эты Ф. С. Чис­пия­ков, Г. В. Ко­ста­ча­ков, Т. В. Ту­де­ге­ше­ва, Л. Н. Ар­ба­ча­ко­ва и др.).

Устное творчество

Ге­ро­ич. ска­за­ния (кай), в ко­то­рых ис­поль­зу­ет­ся гор­ло­вое пе­ние, со­про­во­ж­да­ют­ся иг­рой на 2-струн­ном щип­ко­вом кай-ко­му­се; су­ще­ст­ву­ют и чис­то ин­ст­ру­мен­таль­ные ва­ри­ан­ты эпо­са. Пес­ни: ко­лы­бель­ные, пла­чи (сыыт), ли­рич. (узун са­рын), пля­со­вые (тан­дар), час­туш­ки (так-пак); ха­рак­тер­ны ти­по­вые на­пе­вы. На кай-ко­му­се иг­ра­ли не толь­ко ска­зи­те­ли-кай­чы, но и пе­сен­ни­ки-са­рын­чы. В чис­ле муз. ин­ст­ру­мен­тов: ша­ман­ский бу­бен, ду­хо­вой шо­ор (из по­ло­го стеб­ля рас­те­ния), за­им­ст­во­ван­ные – гар­мо­ни­ка, ба­ла­лай­ка.